На главную Написать письмо Поиск




Библиотека


Апис

Назовем тут три характеристики этого средства: воспале­ние, боль, лихорадка.

Каковы обычные причины, могущие привести к улуч­шению у субъекта с болезненными проявлениями, подлежащими Апису?

Мы тут не можем сослаться ни на какую случайную причину. Когда мы изучаем состояния типов Аконита или Белладонны, можно думать о значении холода; при изучении Брионии думают о роли влажного холода. Но в случае расстройств типа Аписа мы не можем обвинить ничего в таком роде. Укол пчелы создает такую инокуляцию некоторого яда вируса, эффект которого проявляется внезапно. Больной типа Аписа оказывается подверженным сильному воздействию какого-то (неизвестного нам) вируса (биологического фактора), присутствие которого тоже вы­является внезапно. И этот вирус, происхождение которого может быть изменчивым, обычно оказывается туберкулиничным: все про­явления острого состояния типа Аписа развиваются на туберкулиничной почве. Однако можно указать одну случайную (т. е., внешнюю) причину, которая может быть обвинена (в создании типа Аписа) — я ее уже называл в свое время — это действие моря. Это нужно понимать правильно. И именно не само по себе пребывание у моря вызывает у детей такие эффекты, какие подлежат Апи­су, а именно возврат с берега моря в обстановку боль­шого города. И когда вы видите ребенка, который по возвращении с берега моря внезапно обнаруживает более или менее сильное повышение температуры (это, например, бывает часто в Париже, поскольку вообще, чем более токсичным является город, тем быст­рее развиваются острые проявления) — иногда даже с тяжелыми (нередко менингеальными) феноменами — вы имеете полное право думать о типе Аписа.

И потому, возможно, полезно назначать дозу Аписа  всем тем туберкулиничным детям, которые возвращаются с берега моря (после более или менее продолжительного пребывания) в большой  город. Такое превентивное лечебное воздействие уже оказывало  мне большие услуги.

Подвергнем клиническому изучению субъектов, подлежащих Апису.

Менингитный (менингеальный) больной   

Самой крупной его характеристикой является склонность к быстро наступающей подавленности: в течение 2—3—4 часов. Начало заболевания почти молниеносно. Ребенок падает внезапно сраженный болезнью, а за этим у него следует состояние подавленности, ступора (бесчувственности), могущее доходить до комы. Это состо­яние потери сознания возникает быстро — и если своевременно не вмешаться, ребенок может погибнуть. Из такого бессознательного состояния он не выходит, а прострация сменяется у него лишь приступами конвульсий да испусканием (характерных мозговых) вскрикиваний.

Во время приступов конвульсий (всегда ухудшающихся под влиянием тепла), больной двигает головой или конечностями (склонность к опистотонусу с запрокидыванием головы и выгибанием позвоночника). Например, ребенок в конце сентября возвра­щается с берега моря и внезапно заболевает в описанных мною выше условиях, обычно про него говорят, что он простудился и разводят возле него в камине адский огонь. Но, чем больше его согревают, тем больше усиливаются его конвульсии. Голова его ригидна (и запрокинута кзади); обычно в таких случаях говорят о «ригидности затылка», но эта ригидность не постоянна, перепле­тающиеся с нею движения головы вводят врача в заблуждение: ребенок мотает голову по подушке то вправо, то влево или же за­рывается в подушку неподвижно. Наконец, он «скрежещет зуба­ми», а перед концом у него появляются клонические судороги ми­мической мускулатуры — гримасы.

Когда ребенок кричит, у него получаются типичные энцефалические крики — обычно нечленораздельные (впрочем иногда отме­чается другая, менее безнадежная и иногда заканчивающаяся вы­здоровлением форма мозгового крика: крик затяжной и почти ме­лодичный — больной как бы жалобно поет, начиная с довольно высокого грустного тона, который он нередко тянет добрые минуту-две, постепенно его ослабляя и понижая высоту звука, но вскоре после паузы начинает кричать снова, иногда при этом даже произ­носит пару исковерканных слов или обрывок несложного предло­жения —такого больного иногда удается спасти.

Добавим к этому то, что больной никогда не тянется руками к голове и это достаточно важно потому, что позволяет отличить Апис от другого типа —Хеллеборус Морозник, часто ошибочно именуемый «Чемерицей»; чемерица — Вератрум. Ко­нечно, все это ухудшается от тепла (теплой ванны или горячего компресса). Больной старается раскрыться в постели, сбросить одеяла; и конечно для этого у него есть повод — ухудшение от тепла. Вспомним о маленьком ребенке, который закатывает конвульсии, а так как при этом он скрежещет зубами, решают, что у него глисты и для облегчения сажают его в горячую ванну, откуда наконец его извлекают вопящим и с явным ухудшением состояния. Это признак типа Апис. Попытаемся дифференцировать Апис от Белладонны и Хеллеборуса.

Белладонна характеризуется одной лишь конгестией; тогда как при типе Апис кроме конгестии имеет место воспаление и всегда; имеется также болезненное повреждение (та или иная форма пере­рождения). И вот обратим внимание на то, что субъект типа Апи­са всегда ищет прохладного, получает облегчение от компрессов из холодной воды, тогда как субъект типа Белладонны не стре­мится раскрыться, а наоборот скорее стремится к теплу.

Хеллеборус имеет большое сход­ство с Аписом, и если не знать Материа медика во всех деталях, эти два типа можно легко спутать. Тип Хеллеборус (в клиническом течении) следует за Аписом или Белладонной, тогда как тип Аписа (в нашем конкретном случае) проявляется с первых же фаз менингита. В случае менингита состояние Хеллеборуса является состоянием закрепляющимся, тогда как состояние Аписа является подготовительным. Пациент с состоянием Хеллеборуса уже находится в состоянии комы; лицо его бледно, глаза широко раскрыты и закатываются, зрачки на свет не реагируют. Он испускает непроизвольные крики (как субъет типа Аписа), но при этом всегда тянет руки к голове: это небольшая интересная модальность. А в общем, он катается головой по подушке или зарывается в нее точно так же, как больной типа Аписа, но он царапает ногтями свои губы до крови, ощипывая вокруг себя (корфология).

Больной типа Хеллеборуса жует челюстями и бормочет И у него выявляются два характерных признака: ужасный запах изо рта, всегда остающегося открытым из-за отвисания нижней челюсти и автоматические движения какой-нибудь одной руки или ноги. И если, например, такие движения отмечаются с какой-нибудь одной стороны (например, левой), одновременно отмечаете паралич симметричной конечности с другой стороны тела.

Тут уместно вспомнить о том, что и при типе Брионии имеют место автоматические движения руки и ноги, но только с левой стороны — никогда не с правой, и отсутствует паралич конечностей другой стороны тела. Вообще тут имеет место рефлекторное функциональное расстройство. И никогда не имеет места такое болезненное повреждение, какое наблюдается при типе Хеллеборус Это болезненное повреждение при типе Хеллеборуса всегда оказывается ограниченным (локализованным) и стойким (фиксированным); а при типе Аписа оно (в отношении локализации) лишь намечается.

Мне как-то раз случилось лечить одного коллеги дочь (6-летнюю девочку), обнаруживавшую в точности все симптомы Аписа. Я дал ей Апис 30 и за 48 часов все менингеальные симптомы пошли на убыль; в дальнейшем, при назначении Серы йодистой, Пульсатиллы и, наконец, Марморек (опять пресловутая туберкулиничная концепция автора!) ребенок поправился. В настоящее время она уже замужем, мать семейства, очень крепкая, здоровая женщина. Но в течение 1—2 суток в начале ее болезни мы были уверены, что она не выживет. И любопытно: этот ребенок лишь за 2 дня до заболевания менингитом был привезен с бе­рега моря. Конечно, она входит в ту самую категорию, о которой у меня речь шла выше.

Больной с поражением пищеварительного тракта

Я умышленно оставляю без разбора острую ангину, подлежащую Апису, поскольку большого интереса она собой не представляет. А теперь рассмотрим, как проявляет себя острый пищеварительный больной, подлежащий Апису.

Обычно тут речь идет об остром кишечном воспалении с вто­ричной перитонеальной реакцией. Живот весьма чувствителен, вздут и напряжен, болезнен до того, что больной не переносит ни малейшего прикосновения к нему. Отметим один небольшой признак: при случайном чихании у него возникает такое ощущение, точно что-то у него сокрушается в животе; и примерно по той же причине (из-за болей при натуживании) он не может осуществить нормальную дефекацию. Напомним о том, что субъект типа Брионии избегает стула потому, что малейшее усилие у него отдает в голову с таким ощущением, точно она лопается. А у паци­ента типа Апис нечто подобное происходит с животом — такое ощущение, «точно что-то там вот-вот сломается, порвется».

При объективном исследовании находим увеличение печени и селезенки и их болезненность. Пациент (для разгрузки своего жи­вота) принимает типичную позу: (лежа в кровати) сгибает кпереди туловище или прижимает ноги к животу (у нас сочетание сгибания туловища и поднимание ног к животу известно под наименованием позы «легавой собаки»).

Другая интересная характеристика: у него всегда отмечаются боли под «ложными ребрами» и боль больше выражена слева.

Есть еще одно средство, характеризуемое болями под ложны­ми ребрами—боль не слева; это Аргентум нитрикум; но не забудем о том, что Азотнокислое серебро является средством хроническим— при язве желудка, а Апис является средством показанным при остром воспалении с перитонеальной реакцией.

При исследовании больного типа Аписа мы находим у него ме­теоризм, легкий асцит и отечность брюшной стенки.

С пищеварительно-функциональной точки зрения можно раз­личить две категории различных симптомов. Либо у больного имеет место бациллярный перитонит с запором, но этот последний связан с тем, что больной не в состоянии совершить ни малейше­го усилия из-за того ощущения будто что-то ломается, рвется, отдающего у него в животе, как только он вздумает тужиться. Или же у больного появляется острое «кишечное повреждение» с поносом, облекающееся в характерную форму: стул у него становит­ся «непроизвольным», выделяется так, «точно задний проход ши­роко зияет». Добавим еще, что такой непроизвольный стул про­является при малейшем движении пациента. Как только он пере­мещается в постели, происходит опорожнение его кишечника.

Каков же стул? Он водянист, обычно зеленоват, зловонный, по  6—8 раз в день. Главной его характеристикой, как я уже говорил, является то, что стул происходит непроизвольно: больной даже не ощущает того, как у него вытекают из заднего прохода жидкие каловые массы. Имеется также высокая лихорадка при полном отсутствии жажды.

При наличии его характерных показаний, Апис оказывается хорошим лекарством при бациллярном перитоните, при тяжелых инфекциях (вроде тифозной или же тех кишечных инфекциях, какие развиваются по ходу сыпных заболеваний при внезапном искусственном подавлении у пациента его сыпи).

Больной с поражением мочевых путей

Субъект типа Аписа не испытывает жажды и пьет мало. А поскольку пьет мало, то и мочи у него тоже мало. И из-за этого у него нередко развиваются воспаления и иные изменения мочевого пузыря и почек.

Со стороны мочевого пузыря — цистит. У больного при мочеиспускании отмечаются очень сильные боли и жжение. Особенно болезненно отхождение последних капель мочи — колющих и жгущих. Моча жидкая, не обильная, зловонная, темная, иногда с примесью крови. Больной испытывает потребность помочиться, но избегает этого (задерживает мочу из-за болезненности мочеиспускания). Когда это ощущение усиливается (особенно у грудного ребенка), отмечается настоящая задержка мочи. Однако, можно не сомневаться в том, что в мочевом пузыре моча имеется, но peбенок просто не может помочиться из-за болей, он кричит даже перед началом мочеиспускания, зная, что будет больно (наивно объяснение! — это грудник-то способен знать, что его ожидает, просто он кричит тогда, когда под влиянием повышения внутрипузырного давления преодолевается сопротивление внутреннего сфинктера пузыря и моча проникает в заднюю уретру, где еще некоторое время она может быть удержана сокращением произвольного наружного сфинктера — вот тут-то и появляются у ребенка боли, и тогда он кричит, есть от чего!). И вот в прежнее время женщинами нередко с успехом применялось — такое домаш­нее средство: несколько пчел ошпаривали в сосуде кипящей водой, а затем после охлаждения давали ребенку пить этот настой — пос­ле этого ребенок мог мочиться уже без болей. Того же результата можно достигнуть при помощи какого-нибудь препарата Аписа в 6 или 30 разведениях.

У больного типа Аписа затронут не только мочевой пузырь, но и почки. И это характеризуется очень важным симптомом: «оте­ками», появляющимися внезапно. Отеки век, лица, конечностей. Моча становится очень темной, нередко она даже оказывается кро­вянистой. В ней находят белок. Очень своеобразный симптом: больной может помочиться только одновременно со стулом, сделать одно без другого он не может.

Одно средство (тип) может быть сравнено с Аписом: это Кантарис. Но с точки зрения клинического развития между этими двумя средствами имеется большое различие. Апис проявляется отеком, сперва появляется экссудат, за ним следуют мочевые феномены— боли, белок, кровь в моче и т. п. А при типе Кантарис воспалительные признаки появляются первыми; кровь же в мокроте и боли (крайне сильные), а также отек появляется вторично. Отметьте, что пациент типа Кантарис всегда обнаруживает половое возбуждение. (Кантарис иногда даже использует­ся в качестве, далеко не безвредном.)

Больной с поражением гениталий

У субъекта типа Аписа никогда не отмечается полового возбуждения; попутно отметим, что он является антиподом Кантарис.

Женщина, подлежащая Апису, обнаруживает два феномена — либо аменорею, либо дисменорею (т. е. одно — либо дисменорею, либо аменорею).

В случае аменореи выступают два симптома: из них один местный, другой — общий.

Местный симптом состоит в ощущении «давления внизу» — точно органы стремятся наружу — это ощущение сходно с испыты­ваемым при типах Сепии (в меньшей мере также при Лилиум и Мурекс) и при типе Хлористого натрия, но в случае Аписа это ощущение отражается также в поясничной области и крестце.

Общий симптом — церебральный. И именно в этот момент У больной развиваются «печаль» (грусть), «меланхолия», «кошмары». Иногда она просыпается с кошмарами и криком. И у нее особенно выступает странное, своеобразное психическое состояние: впадает в отчаяние сама не зная почему. Нам-то понятно, что истинной причиной тут является отсутствие менструаций) из-за чего эндокринные расстройства приводят к расстройствам психическим (ну, тут возможно и другое объяснение: нейро-вегетативные нарушения имеют два последствия — нарушение эндокринное и нарушение психическое; но нельзя отрицать того, что эндокринное нарушение тоже в свою очередь усиливает нейро-вегетативное — возникает типичный «порочный круг». Мозг такой больной переутомлен, она не способна координировать свои мысли, а также не способна координировать свои движения. Она становится неловкой, неуклюжей, легко оступается и роняет те предметы, которые берет в руки.

Двумя средствами можно побороть эту неуклюжесть: Апис и Бовиста, но по двум различным основаниям: в случае Аписа все расстройство является чисто нервным (вернее нейро-эндокринным); в случае же Бовисты, у больной не только возникает ощущение вздутия пальцев, но они действительно отекают (что обязательно исключает нейрогенную природу отека: вспомним об отеке Квинке). Это те больные, у которых при манипулировании ножницами образуются очень глубокие вдавления в пальцах от колец ножниц. При типе Бовисты менструации не только не прекращаются, но нередко даже появляются cpeди месяца. Но есть еще один небольшой признак: ощущение увеличения головы в размерах—точно она сразу становится очень большой).

Займемся теперь дисменореей типа Апис. Менструаии болезненны. Как? У больной появляются боли в области «правого яичника» колющие, жгучие, ухудшающиеся от тепла, облегчающиеся от холодных компрессов или от аппликаций льда. У больной боли не только локализуются в области правого яичника, но имеются также рефлекторные боли в груди слева —«боли в груди слева».

Больной становится значительно хуже при лежании, немного лучше тогда, когда она садится; и «значительно лучше при ходьбе», т.е. картина получается образной по отношению к тому, что наблюдается в большинстве случаев, так как народ считает, что всегда чувствует себя лучше при сидении, чем при стоянии, а при лежании еще лучше, чем при сидении. У больной типа Аписа — «все наоборот».

Эти признаки вновь выявляются при некоторых видах кист яичников особенно, при кистах правого яичника туберкулезной этиологии.

Больной с поражением кожи

Любое острое воспаление кожи может подлежать Апису: фурун­кулы, абсцессы, рожистое воспаление, крапивница. Но не забывать о том, что при этом у больного всегда должно быть «ухудшение от горячих  компрессов» и «улучшение от холод­ны хкомпрессов».

Воли в общем развиваются и распространяются «справа налево и сопровождаются отеком розовой окраски покровов» (слегка выступающим над поверхностью кожи). У такого больного «ни­когда не бывает жажды»— при любой температуре. Мочи у него мало. Вот почему в начальной стадии рожистого воспаления следует подумать об использовании Аписа, если у боль­ного  вдруг моча начинает выделяться очень плохо.

О психике при типе Аписа я совершенно не говорил, потому что, так сказать, «ее не существует». И только (как уже говори­лось в соответствующих рубриках) могут лишь появляться мозго­вые расстройства в случаях прекращения менструаций; или менингиальноые расстройства при менингите.

Существуют ли хронические больные типа Апис? Да. И прежде нсею это тот страдающий хроническим нефритом, у которого вне­запно количество мочи уменьшается. И тут показания к примене­нию Аписа выступают особенно ярко в том случае, если у него скопляется отек—сильный, очень ясно выраженный, иногда на­стоящая общая анасарка, и особенно—припухлость пониже век, свисаюших плподобие мешочков, наполненных водой.

Особенно следует запомнить то, что при типе Аписа отмечается особенное родство Аписа ко всякому виду туберкулиничной почвы, или, скорее, ко всяким острым проявлениям, развивающимся на фоне туберкулиничного состояния.Хлористый натрий является дополнением Аписа.

Заметим то, что больной нередко развивает явственные признаки Аписа тогда, когда возвращается с берега моря (в свою обычную обстановку). И в то время, когда процессы окисления и обмена у него уже (одно время) совершались хорошо и свободно, он вдруг оказывается в атмосфере замкнутой или токсичной (или и то и другое), в которой организм чувствует себя как бы блокированным. И тогда токсичные выделения в нем приостанавливаются; организм бунтует, и в своем неприяз­ненном усилии он «взрывается», создавая внезапный кризис выде­ления, могущий оказаться благодетельным, если его «хорошо пронаблюдать», «хорошо   понять» и «хорошо ока­зать помощь»; но могущий также оказаться катастрофичным в том случае, если к ошибочному распознаванию такого состоя­ния добавится еще беспомощное или иной раз даже вредное ле­чение.


Дизайн и программирование: Ходыкин Александр.